RBAR в Лас-Вегасе: ветреные и беспощадные

Текст: Полина Шкивидорова
Фото: Joerg Mitter/Red Bull Content Pool

 

11−12 октября в Лас-Вегасе, штат Невада, США, прошла седьмая гонка Red Bull Air Race. 12 лучших пилотов мира, выступающих в Мастер классе и 6 блестящих асов в гонке за Челленджер Кап, состязались на скорость и точность, лавируя между воздушными пилонами в очень непростых условиях капризной стихии.

 

Мираж в пустыне

В 15 милях к северо-востоку от Лас-Вегас стрип – порочной и шикарной главной улицы города грехов, в сердце раскаленной пустыни возвышаются трибуны Las Vegas Motor Speedway – места проведения легендарных гонок NASCAR и самого большого в мире фестиваля танцевальной музыки Electric Daisy Carnival. Горячие струи воздуха пронзают песчано-голубой пейзаж с пальмами, превращая картину перед глазами в мерцающий мираж. Лоснящийся асфальт трека и идеальная зелень газонов кажутся неправдоподобными в условиях 90-градусной жары [по Фаренгейту, что эквивалентно 32 по Цельсию].

После истребителей

F-16, пролетающие над трибунами, здесь не редкость, но авиагонки проходят внутри трека впервые. «Военно-воздушная база Неллис расположена через улицу от нас, − рассказывает президент и генеральный директор Las Vegas Motor Speedway, Крис Пауэлл, − поэтому мы часто видим, как тренируются военные пилоты. Пустыня − хорошее место для таких тренировок, тут мало людей. Так что “бесплатные авиашоу” мы наблюдаем почти каждый день, но что касается непосредственно спидвея, Red Bull Air Race – наше первое авиамероприятие, и мы очень рады, что эта гонка проходит именно у нас».
Крис, что было самым сложным в подготовке Air Race со стороны Las Vegas Motor Speedway, ведь это не ваш формат?
Было очень много работы с Федеральным управлением гражданской авиации США. Как Вы знаете, их представители следят за соблюдением всех требований и правил. Кое-что урегулировали с нашими постоянными арендаторами – гонщиками-энтузиастами, на время проведения гонки и за несколько дней до этого им пришлось покинуть спидвей.
Самый волнующий для вас момент в проведении Air Race?
Наблюдать, как эти чрезвычайно талантливые пилоты взмывают в небо, как огибают пилоны и все это на очень высоких скоростях и на время  − волнующее зрелище. Они невероятно талантливы. Я думаю, зрителей ждет небывалое шоу.

6
Полет над Дамбой Гувера. Фото: Joerg Mitter/Red Bull Content Pool

Перед квалификацией


11 октября. Суббота. Утро. Перед тем, как пилоты Мастер класса отправятся на брифинг, мы побеседовали с самыми обсуждаемыми и загадочными героями этого сезона.

 

Пол Боном: «Думаю, мы выбрали самый быстрый путь, я надеюсь!»

4
Пол Боном перед стартом. Фото: Balazs Gardi/red bull content Pool

В ангаре команды 55, Пола Бонома, двукратного чемпиона мира Red Bull Air Race, обладателя награды Segrave Trophy Автомобильного Королевского клуба и Guild Sword of Honor от Guild of Air pilots and Air Navigation, а в свободное от гонок время − капитана Боинга, 747 (да-да, в следующий раз, отправляясь в дальнее путешествие, слушайте внимательно обращение капитана), все готово к состязаниям. Царит английская невозмутимость и спокойствие. Пол встречает меня обворожительной  капитанской улыбкой.
Пол, вы участвуете в Red Bull Air Race с момента их основания, дух, атмосфера, что-то поменялось?
Нет, дух остался прежним. Я думаю все, как и раньше, страшно хотят победить. Это очень соревновательная дисциплина. Нам всем тут нравятся гонки, и очень радостно, что RBAR вернулись.
Как вам трасса?
Хорошая трасса. Пролететь ее не представляет большого труда, но сделать это на скорость – совсем другое дело. Как Вы знаете, последние пару дней мы тренируемся и пытаемся найти оптимальный путь ее прохождения, надеюсь, мы на правильном пути.
Этот трек более коварный, чем в Техасе?
Нет, он более бесхитростный. В Далласе было два поворота (ворота 3 и 4) довольно трудных, но здесь лучше, этот трек более однозначный, и в то же время, предоставляющий выбор: лететь направо или налево, и тут вопрос – какой путь быстрее. Вы увидите во время гонок, как кто-то будет поворачивать направо, кто-то налево. Думаю, мы выбрали самый быстрый путь, я надеюсь.
Вы как-то процитировали ремарку База Олдрина про то, что они с Нилом Армстронгом пропустили все самое главное, и вы сказали, что хотели бы просто получать удовольствие от гонки. Удается?
О, да! Для меня самое лучшее – сесть в самолет, закрыть фонарь и полететь. Что-то где-то ждать, ходить туда-сюда − я не большой фанат всего этого. В моем идеальном мире я бы просыпался в 7 утра, может быть, шел бы в спортзал, в 9 приезжал бы в аэропорт, потом – гонка до 7 и на следующий день – выходной. Это в идеале. Но в жизни все немного иначе: мы приходим рано, долго болтаемся без дела – для меня это далеко от идеала. Я чувствую себя абсолютно счастливым, когда я уже в самолете, закрываю фонарь, завожу двигатель и взлетаю.
Как поживает проект Sukhoi Duo?
Все хорошо. К сожалению, мы продали наши Су, мне жаль вас расстраивать. Это были идеальные самолеты, но обслуживать их становилось все сложнее. Нам предложили использовать XtremeAir – это одноместные самолеты для высшего пилотажа, они более быстрые, расходуют меньше топлива. Так что мы по-прежнему летаем, да, только не на Су.
Не планируете ли выступления в России?
Хороший вопрос!  Я бы очень хотел. Мне кажется, у нас были переговоры по поводу нескольких выступлений в России.
Было бы великолепно! Приезжайте, пожалуйста!
Да! И лучше на Су! (смеется)
Поделитесь вашими ожиданиями от гонки.
Не знаю, я спокоен, но это на самом деле, еще ни о чем не говорит. Посмотрим, что будет на квалификации.

 

Матиас Долдерер: «Если ветер изменился, то это уже принципиально другой трек»

Сравнение Red Bull Air Race с попыткой припарковать авто на скорости 400 км/ч принадлежит немецкому асу Матиасу Долдереру. Матиас начал выступать на Red Bull Air Race в 2009 году, став обладателем бронзовой медали на финальной гонке первого сезона.  Может быть, это тактика? Забегая вперед, скажу, что седьмая гонка RBAR 2014 также станет решающей для Матиаса.
Немецкий ас известен в мире авиации не только как талантливый пилот, Матиас основатель Tannkoshсамого большого ежегодного события в мире Европейской авиации, созданного по подобию американского Oshkosh.
Матиас, был ли в этом году Tannkosh?
Нет. Может быть, на следующий год, но мы думаем прекратить его проводить.
Почему? Что случилось?
Это слишком большое мероприятие, очень много работы, он только для Европы. Законы, куча бумажной работы, с каждым годом все это усложняется.
Не могу сказать со 100%-й уверенностью, но с большой долей вероятности мы приостановим эту традицию.
Очень жаль. Как раз собиралась на следующий год. Но не буду терять надежды!Как вам трек на Las Vegas Motor Speedway?
Приятный трек, простой − тут легко ориентироваться, с другой стороны, не лишен сложностей – надо определиться с оптимальным курсом, а в условиях жары и высокой плотности атмосферы задача не растратить энергию и найти оптимальную линию. Но трек приятный, очень плавный.
Какой трек был самым сложным для вас в этом сезоне?
Каждый трек сложный. Я думаю, Аскот был сложным, и Даллас, с технической точки зрения. Мне нравятся такие треки. Ну и самым сложным, для всех, я думаю, был трек в Ровине. Тогда еще действовало правило, согласно которому, за сбитый пилон сразу дисквалифицировали. Сейчас за это прибавляют штрафные секунды. Да, гонка в Ровине была очень не простой, и ветер все время менялся. Каждый раз! А для нас, если ветер изменился, то это уже принципиально другой трек.
А здесь ветер стабильнее?
Да. Но в пустыне он может быть внезапным. Сегодня ветер отличается от вчерашнего, но это не сильно сказывается на прохождении трека, так что трек довольно легкий.
Вам больше нравится выступать дома или заграницей?
Я люблю летать, не зависимо от того, где происходит мероприятие. У каждой гонки свои законы, у каждого трека свои правила. Мне  нравится путешествовать, летать над разными ландшафтами, встречать новых людей, открывать для себя новые культуры. Нет, я все-таки люблю путешествовать.
Хотели бы выступить в России?

Да, очень! Может быть, увидимся в Сочи. Посмотрим.
Великолено! Пусть все сложится!
Я знаю, что вы озвучивали мультфильм «Самолеты».
Да, немецкую версию «Самолетов», первую часть мультфильма. Я озвучивал дубляж для Эхо. Это было очень здорово! Такой новый для меня опыт! Я был поражен тем, что Дисней взял за основу наши гонки. Точь-в-точь все, что происходит во время квалификации на Red Bull Air Race. Было очень круто посмотреть на это с другой стороны.

 

 

Секрет невозмутимости Йошихиде Муроя

Японский ас Йошихиде (Йоши) Муроя выступает в команде RBAR с 2009 года. Свою первую победу Йоши одержал на одной из самых сложных гонок 2014 года – в Ровине. С момента вступления в команду RBAR японский пилот не раз испытывал капризы судьбы в виде технических неисправностей самолета, но это не мешало спортсмену сохранять душевное равновесие и позитивный настрой. Может быть, все дело в искусстве Zazen (вид буддийской медитации), которое практикует Йошихиде?
Yoshi M

Йоши, что помогает вам сконцентрироваться на треке?
«Казино», − невозмутимо отвечает пилот, заставляя меня недоуменно переспросить, после чего мы вместе начинаем смеяться.
− Подготовка помогает, каждодневные тренировки, побыть наедине с собой перед гонкой.
Я читала, что вы практикуете особый вид медитации.
Да, мы в Японии практикуем Zazen, традиционный для нас вид медитации. Это помогает настроиться, сконцентрироваться перед гонкой.
Как вам трек в Лас-Вегасе?
Непростой. Но это всегда непросто. Хотя, этот трек немного легче  предыдущего, но не без своих сложностей.
Я знаю, что вы летаете на самолетах «Сухого». Как вам Су?
Да, у меня до сих пор есть дома Су-26. Великолепная машина! Я начинал летать на Су, мне было 20 лет, и я был шокирован и очарован этими самолетами.  Я осознавал, что эти машины созданы компанией, которая занимается военными разработками и не жалеет средств на развитие технологий. Самолеты «Сухого» очень хорошие! Мой Су исправно работает, правда, для гонок он не подходит, это самолет для пилотажа.
Для гонок и для пилотажа нужны разные машины?
Да, самолеты для пилотажа более медленные, с большим пропеллером, мощным двигателем, чтобы было легче управлять ими. Су просто созданы для пилотажа! Но пропеллер у них крутиться в другую сторону.
Правда?
Да, и нам приходится переучиваться.
Вы по-прежнему летаете на планерах?
Я начинал с них, когда мне было 18. Сейчас − редко. Я долго был инструктором, но сейчас  у меня совсем нет на это времени − очень много тренировок. Может быть, когда-нибудь продолжу, учить летать − интересно.
Воздушные потоки над Las Vegas Motor Speedway и вообще погодные условия здесь дружественные?
Для нас не бывает плохих или хороших погодных условий, всегда приходится подстраиваться. А здесь – горная местность плюс жара. Впрочем, тут немного лучше, чем в Далласе.
В Японии погода похожа на местную?
Нет. Иногда, конечно, похожа, но, как правило, более непредсказуема. У нас бывает дождь, бывает жара. Так что здесь,  более благоприятные условия для полетов.

 

Сводки из башни

Природа пустыни только на первый взгляд может показаться покладистой. Ее погода легко меняется, но в Red Bull к этому готовы: «Знаете, пилотам всегда приходится подстраиваться под погодные условия, − рассказывает директор гонки Джим Диматтео, −  если, к примеру, сегодня, северный ветер в 20 узлов, а завтра – тот же ветер в 20 узлов, но дует с юга, это коренным образом меняет курс прохождения трассы. И нам надо быть к этому готовыми. Как для организаторов для нас в департаменте авиации, погода напрямую влияет на безопасность мероприятия.  Есть некоторые ограничения  − по силе ветра, например. Мы можем отменить гонку, если почувствуем, что безопасность под угрозой».
Самолеты летают на той же высоте, что и птицы, это опасно и для птиц, и для пилотов. Как вы решаете эту проблему?
В авиации в целом и на RBAR в частности мы всегда следим за этим. К счастью, на Las Vegas Motor Speedway, как и на Texas Motor Speedway, не так много птиц, потому что тут шумно, а птицы этого не любят. Как правило, много птиц у воды, а большинство наших мероприятий как раз и проходят на побережьях. И в этих случаях есть множество способов решения проблемы: вертолеты отпугивают птиц, еще у нас есть специальные аппараты, издающие различные шумы, которые птицы тоже не любят.
Кто и как разрабатывает гоночные треки для Red Bull Air Race?
Сотрудники департамента авиации выезжают на предполагаемое место проведения мероприятия, чтобы спроектировать трек, который идеально впишется в пейзаж  и подчеркнет его уникальность. Потом над воздушной трассой работают тренеры, руководители гонки, пилоты Red Bull Air Race, в том числе и бывшие. Задача создать интересный, захватывающий и безопасный трек. Как видите, это не один человек, а целая команда.
В Америке гонки на реактивных самолетах пользуются большой популярностью, не планирует ли RBAR расширение формата в эту сторону?
Если говорить о регламентах, самый приятный момент, касающийся самолетов, на которых соревнуются наши пилоты сейчас, заключается в том, что соревнования проходят прямо перед глазами зрителей. У нас есть дистанция, и она безопасна, просчитана с учетом размеров, скорости и стиля пилотирования. А если начать использовать реактивные самолеты, которые больше по размерам и с бОльшими скоростями, безопасное расстояние до зрителя сильно увеличится. Кроме того, сам трек увеличится и получится, что зритель не сможет наблюдать за всей гонкой, а для Red Bull Air Race одним из ключевых моментов является как раз то, чтобы зритель видел всю трассу, а не ее часть. Так что на сегодняшний день мы довольны категорией самолетов, на которых летают наши пилоты.

AirGatorscтражи воздушных ворот

Воздушные ворота, между которыми лавируют пилоты Red Bull Air Race, образованы воздушными колоннами, каждая из которых − высотой 25 метров, диаметром 5 метров в основании и 75 сантиметров в самой верхней точке. Внутри каждого пилона − сверхмощный лопостной нагнетатель воздуха. Давление внутри колонны и снаружи  разное, поэтому при ударе крылом самолета пилоны легко лопаются, не создавая аварийных ситуаций для пилотов. Необходимое давление в каждой колонне поддерживается при помощи  контроллеров.

3
Мартин Шонка, финальный раунд. Фото: Andreas Langreiter/ Red Bull Content Pool

Воздушные ворота находятся в ведении специальной команды – AirGators. Сегодня этим бравым австрийским молодцам требуется меньше минуты, чтобы вернуть к жизни сбитую колонну. Для сравнения − в 2003 году рекордное время для выполнения этой же работы составляло 20 минут, хотя пилоны в прошлых сезонах были на 5 метров ниже.

Пилотный выпуск

11 октября – день квалификации для пилотов из Master Сlass и день гонки для спортсменов из Challenger Сlass. Категория Challenger Сlass  была введена организаторами в 2014 году. После трехлетнего перерыва Red Bull Air Race вернулись с обновленными правилами, техническими регламентами и новым видением относительно привлечения новых пилотов.

Спортсмены из Challenger Сlass – обладатели ограниченных лицензий (для выступления в Мастер классе необходимо получить неограниченную), которые постигают трудности RBAR в менее требовательных условиях.

Они выступают на том же треке, что и Masters, за исключением тех случаев, когда, по мнению организаторов, требуются адаптации, но на других самолетах. Если в категории Мастер класс представлены  Corvus Racer 540, созданный специально для Петера Бешеного; MXS-R  и Edge 540, версии V2 и V3,  то все пилоты Challenger class летают на самолетах Extra 330 LX.

Время покажет

По результатам гонки, победитель  в Челленджер классе – малайзийский пилот Халим Отман. Второе место у чешского аса Петра Копфштейна, на третьей позиции  – Микаэль Бражо из Франции.
По итогам квалификации в Мастерс  – первое место у канадского пилота Пита Маклауда обогнавшего британского аса Найджела Лэма, почетное третье место у Матиаса Долдерера.
Ханнес Арк и Пол Боном на пятом и седьмом месте, соответственно.

От ворот поворот

Порывистый ветер со скоростью  56 километров в час, хотя и присутствует в прогнозах, по мнению метеорологов, не должен быть таким рваным и постоянно усиливающимся. Зрители рады такой перемене – долгожданная прохлада.
Эксперты выглядят обеспокоенно. Стафф обсуждает, как скажется ветер на мероприятии, справятся ли с ним пилоты и выдержат ли пилоны, которые к моменту начала гонки выглядят нестабильно.
Топ-12 открывается поединком Пола Бонома и Николаса Иванова. Боном превышает допустимую перегрузку в 10 G и самодисквалифицируется. Иваноф, подлетев к воротам 4 и 5, отсекает верхушку пилона, но благодаря неудаче Бонома, проходит в следующий этап.

7
Пилот Николас Иваноф. Фото: Joerg Mitter/Red Bull Content Pool

Танец пилонов становится все более неистовым, воздушные ворота всякий раз норовят обрушиться на пилотов, которым уже с трудом удается избегать столкновений. Буйство стихии достигает апогея к моменту выступления канадского пилота Пита Маклауда. Одни из ворот ложатся на землю. Пит получает распоряжение прекратить выступление. Дирекция гонки объявляет 15-минутный перерыв, чтобы обсудить дальнейший ход событий.

Не стихийное решение

«Мы всячески пытались дать шанс мероприятию, – говорит директор гонки Джим Диматтео, − Несмотря на то, что сила ветра была в установленных регламентами пределах, порывистый ветер такой силы оказался пагубным для пилонов. Если мы не можем гарантировать безопасность на треке, мы не проводим мероприятие».
Гонка была отменена. Результаты соревнований засчитаны по итогам квалификации. Такой исход событий предусмотрен правилами.
30-летний канадец Пит Маклауд, пролетевший трек за 0:49.588 – самый юный победитель в истории Red Bull Air Race.  В этом сезоне Пит уже дважды был на подиуме – в Абу-Даби и в Техасе, оба раза получив бронзу. «Занять первое место в RBAR было моей мечтой еще до того, как я начал участвовать в этих гонках. −  говорит победитель, − Конечно все произошло не совсем так, как я себе представлял, но это гонки, это спорт! Лас-Вегас был ко мне благосклонен,  наверное, мне просто выпала удачная карта сегодня. Но пару раз в этом сезоне я был и по другую сторону игры, так что… Это спорт!»

Материал опубликован в журнале «Вертикальный мир» № 118, декабрь 2014

 

Advertisements

The turning point

Words: Polina Shkividorova
Photo courtesy: Chiwami Takagi-Read

We have met with Chiwami Takagi-Read in the United States during National Championship Air Races (NCAR), which hold annually in Reno, Nevada. “Fly fast, fly low, turn left!” – appeals the motto of the Races. Participants (up to 9 airplanes in each heat) compete on the ovoid race course, marked by wooden telephone poles – pylons. Race course is located in between 50 to 250 feet above ground level (15, 24 −76,2 meters).

Delicate Japanese lady with a natural charm and beaming smile, races on equal terms with men. It’s the first air race in Chiwami’s life and she is getting honorary 4th place in Bronze class.
It’s crowded in a spacious hanger – Chiwami and her plane are surrounded by friends and media. I’m happening to hear the conversation between two men talking about the risky situation provoked by one of the racers in attempt to pass Chiwami on the course.  Our heroine in a flight suit photoshoots with friends and press. Chiwami’s eyes are smiling. The love of flight has been living in her heart from the very childhood:
“ I was flying in my dreams with my arms stretched out. − the pilot recalls, − I had that dream often”.  Chiwami’s story is a brilliant evidence of the statement that there are no borders for a dream: to learn to fly our heroine finds the opportunities and moves from Japan to the United States. At the moment Chiwami is a pilot-instructor, she says, that her favorite part of it is sending students to their first solo-flight.
And do you remember your first flight without instructor?
It was in California, at the Oakland airport, on the helicopter Robinson R22. I felt it’s much lighter without instructor, feels like I was floating like a soap bubble in the air. I was so happy! My instructor said he never seen such a big smile, while sending his students on a first solo.
What about your first fixed-wing solo?
It was much easier and not as exciting as the heli.
What plane was it?
Cessna 152. But, my first solo in Pitts S-1S was full of emotions! As S-1S is one-seater airplane, you just skip that part of learning with instructor, and your first flight in it is actually solo.
How have you become the participant of National Championship Air Races?
It all started in 2008, when my husband Greg brought me here. After this trip I have been always thinking about taking part some day. Greg and I started to look for a Pitts to race. As it’s the only airplane I can afford among airplanes that can race at Reno. But the solution was closer than we could imagine. Greg’s friend, Richard Ogg, has been racing at Reno in his Glasair “Plastic Piglet” for many years. Greg has been helping Richard to build his new airplane Lancair Legacy. And one day Richard told Greg that he will not race this year, Greg asked Richard if he would consider letting Chiwami race in “Piglet”. Richard answered affirmative without hesitation. That news made me jump for joy.
I guess self-training is not enough to get ready for the Air Races? How were you preparing?
That’s true. Great instructors and real friends helped me a lot. I started flying with Richard in his Piglet. Next step was learning formation flying skills with my aerobatic mentor Wayne Handley at Pine Mountain Lake, California. After that I was practicing this skills with aerobatic team “Rocky Mountain Renegades”, where I was invited by Scott “Ginsu” Ginn – one of the pilots of the team and my husband’s friend. Here in Reno during Pylon Racing Seminar race instructor Earnie Sutter was sharing with me the secrets of flying this legendary course.
What were you feeling during the final race?
When I heard “Lady and gentleman, you have a race!” all the racers accelerated in the chute forward the starting pylon, I looked at the starting pylon and the airplane on my left side alternatively to keep safe distance. I got goose bump on my skin. I realized that I LOVE it!!! I passed a few pilots and was passed at the last race after my magneto failed.
I heard you were forced to cut the pylon.  What happened? How did you deal with that on the course and after?
It was at the Pylon # 3. One of the racers was trying to pass me while getting too close at the pylon # 2. He was following me behind my right shoulder and when we were approaching the next pylon I realized,  that I will cut it (will fly inside the race course border – author’s note), because if I reduce my bank angle to go away from the pylon, there will be collision. In a split second I decided to cut the pylon even though I know I will get penalty of 16 seconds. I just accepted my pylon cut, I didn’t even claim. When in a half an hour after the race, Vice President came to me and told that the pylon judges evidenced that it was a forced cut. So no penalty!
These are your first air races and they brought you success, what’s the secret behind your victory?
There are no secrets. I am very lucky to be surrounded by great people, my husband and good friends. And practice, practice, practice.
Do you plan to participate in NCAR next year?
Yes, Richard already told me I can fly his Piglet in 2016. I’ll race next year! Yay!
Do you participate in other competitions besides Reno?
Reno is my starting point. I would love to participate more. Searching for how and where I can participate.
Your favorite fixed wing and rotor wing aircrafts are…?
Tough to decide…I like Pitts, Extra, L39, Piglet, MD 500 helicopters. I wish to fly Zero and P-51 some day.
Have you ever considered a military career? Would you like to try dogfight someday?I don’t think female would become a military pilot in Self Defense Force in Japan at that time. Aviation in our country was men’s sphere. And today the situation isn’t much different. As for the dogfight training, I’d like to take part in it for sure.
I know, that Zazen meditation technique is very common in Japan. If it’s not a secret, does it help you to get ready for the flight either?
Yes, Zazen helps to calm my mind. I spend half hour by myself before each race.
Air Races are the fastest type of racing. But you are not normally in such a “hurry”? Tell us about your longest and the most distant flight.
It was a ferry helicopter flight from Mie Prefecture to Hokkaido island in Japan. 650 nautical miles in total (1203,8 kilometers – author’s note), 3 fuel stops and 7 hours 30 minutes of travel time. And the flight back was one hour less with two stops. I flew Aerospatial 350 both ways in a typical for Japanese winter weather conditions – snow with rain. I had to go through valley under low clouds. Sometimes I stopped and looked back to make sure I can still go back if I need. Good thing helicopter can stop in the air.
Do you have a mascot in the cockpit?
No, I don’t. But I like “Flying Ace Snoopy”.

This interview was published in “Vertical World” magazine # 125, spring 2016

Поворотный момент

Текст: Полина Шкивидорова
Фото предоставлено Чивами Такаги-Рид

Мы познакомились с Чивами Такаги-Рид в США на авиагонках National Championship Air Races (NCAR), которые ежегодно проходят в Рино, штат Невада. «Лети низко, лети быстро, поворачивай налево!» − призывает девиз мероприятия. Участники (до 9 самолетов в каждом этапе) соревнуются на овальной трассе, отмеченной деревянными телефонными столбами – пилонами. Гоночная трасса пролегает между 50 и 250 футами (15, 24 −76,2 метров) над уровнем земли.

Изящная японская девушка, обладательница природного обаяния и лучезарной улыбки, Чивами состязается на скорость наравне с мужчинами. Это первая авиагонка в жизни летчицы, и – достойное 4 место в категории «бронза» спортивного класса. В просторном ангаре вокруг девушки и ее самолета − шумная толпа. Краем уха я слышу, как двое мужчин обсуждают опасную ситуацию, которую спровоцировал один из участников, пытаясь обогнать Чивами.

Девушка в летном костюме  фотографируется с друзьями и прессой. Глаза летчицы улыбаются. Любовь к полетам живет в ней с детства:

«Мне часто снился сон, что я лечу, широко раскинув руки, − рассказывает наша героиня, − будто это мои крылья». История Чивами − блестящее подтверждение того, что для мечты нет границ: чтобы научиться летать, девушка находит возможности и перебирается из Японии в США. Сейчас  Чивами − пилот-инструктор, говорит, что самое приятное в ее работе – видеть первый полет своих учеников.

А ваш первый полет без инструктора помните?

Это было в Калифорнии на аэродроме в Оуклэнде, на вертолете Robinson R22. Без инструктора машина казалась пушинкой, создавалось впечатление, что я плыву по воздуху, как мыльный пузырь. Как же это было здорово! Помню, инструктор тогда сказал, что никогда еще не видел такой радости на лице ученика перед первым самостоятельным вылетом.

А на самолете?

Это было намного проще и не было столь захватывающе.

Что за самолет?

Cessna 152. Правда, когда я впервые летала на Pitts S-1S, эмоций было гораздо больше: это одноместный самолет, поэтому на нем никак не получится летать с инструктором, сразу – самостоятельно.

Как вы стали участником авиагонок в Рино?

Все началось в 2008 году, когда я впервые приехала сюда со своим мужем, Грегом. После этой поездки мне все время хотелось принять участие в этих гонках. Мы стали искать Pitts − самолет, который подходит для этих соревнований и который я могла себе позволить. Но решение оказалось гораздо ближе. Друг моего мужа – Ричард Огг – постоянный участник NCAR. Мой супруг помогал ему собирать новый самолет Lancair Legacy (муж Чивами – авиаконструктор, специализирующийся на гоночных самолетах − прим. авт), и однажды пилот сказал, что в этом году не планирует состязаться в NCAR, так что его Glasair “Plastic Piglet” свободен. Тогда Грег спросил, может быть, Чивами могла бы выступать на Piglet? Ричард не раздумывая ответил утвердительно. Я помню, как прыгала от радости, узнав об этом.

Чтобы подготовиться  к гонкам, наверное, недостаточно самостоятельных тренировок?

Это на  самом деле так. Мне помогали очень хорошие инструкторы и настоящие друзья. Мы начали летать с Ричардом на его Glasair. Следующим этапом была работа над групповым полетом с моим наставником по высшему пилотажу Вейном Хейнли в местечке Пайн Маунтин Лейк. Потом я тренировалась с пилотажной группой Rocky Mountain Renegades, куда меня пригласил один из участников группы и друг моего мужа.

Здесь в Рино на курсе подготовки к авиагонкам NCAR премудростям прохождения этой легендарной трассы меня обучал инструктор Эрни Саттер.

Что вы чувствовали во время решающего этапа гонки?

Когда объявили старт, все мы рванули вперед. Я посмотрела на быстро удаляющийся стартовый пилон и на самолет слева от меня, чтобы сохранять безопасную дистанцию. У меня мурашки побежали по коже. Я поняла, что ЛЮБЛЮ это! Обогнала нескольких участников, на предпоследнем круге магнето вышел из строя, и меня тоже стали обгонять.

Я слышала, что вас вынудили  нарушить правила? Что произошло? Как вам удалось разрешить ситуацию во время гонки и после?

Да, это было у пилона № 3. Один из участников пытался обогнать меня и слишком близко подошел к моему самолету у второго пилона. Он держался справа, и когда мы оказались у следующей отметки воздушной трассы, я поняла, что «срежу» («срезать» − пройти за внутренней границей – прим авт.), потому что если уменьшу угол крена, чтобы отойти в сторону и не нарушить правиластолкновения с этим самолетом не избежать. Молниеносно принимаю решение: «срезать», несмотря на то, что получу за это 16 штрафных секунд к своему времени. Я просто приняла это мое «нарушение», я даже не стала заявлять об этом. Через полчаса после гонки вице-президент подошел и сказал: судьи видели, что произошло, и не засчитали тебе штрафных секунд.

Это были ваши первые гонки, и они принесли достойный результат, в чем секрет вашего успеха?

Знаете, тут нет секретов. Мне просто очень повезло, что рядом замечательные люди − мой муж и хорошие друзья. И тренировки, тренировки и еще раз – тренировки!

На следующий год планируете участвовать в NCAR?

Да, я буду на Plastic Piglet, Ричард снова дал добро, за что я очень ему признательна.

В каких соревнованиях помимо гонок в Рино, вы состязаетесь?

Рино для меня – отправная точка. Хотелось бы больше соревноваться. Сейчас как раз изучаю этот вопрос.

Ваш любимый самолет или вертолет – это… ?

Сложно выбрать что-то одно. Мне нравятся Pitts, Extra, L-39, Piglet, вертолет MD 500. Надеюсь однажды полетать на Zero и P-51.

Вы когда-нибудь задумывались о военной карьере? Хотели бы сразиться в воздушном бою?

Не думаю, что в то время женщина вообще могла стать военным пилотом в Силах Самообороны Японии. Авиация в нашей стране была мужской сферой.  Да и сейчас ситуация не слишком отличается. А в воздушном тренировочном бою я бы с удовольствием сразилась.

Я знаю, что техника медитации Дзадзен очень распространена в Японии. Если не секрет,  вам она тоже помогает подготовиться к полету?

Да,  Дзадзен здорово приводит мысли в порядок. Перед каждой гонкой на полчаса остаюсь наедине с собой.

Гонки на самолетах – самый быстрый вид состязаний на скорость. Вне соревнований вы же не всегда так спешите? Расскажите о вашем самом длительном и дальнем перелете?

Это был перегоночный полет на вертолете из префектуры Миэ на остров Хоккаидо. В общей сложности  − 650 морских миль (1203,8 км – прим авт.), 3 остановки для заправки. 7 часов и 30 минут в пути. И обратно – уже с двумя заправками и на час быстрее. Я летела на Aerospatial 350 в типичных для японской зимы условиях − снег с дождем. Приходилось идти над долиной под низкими облаками. Иногда я оборачивалась, чтобы удостовериться, что в случае необходимости смогу вернуться обратно. Хорошо, что вертолет может останавливаться в воздухе!

Скажите, а у вас в кабине есть талисман?

Нет. Но мне очень нравится Снупи летающий ас.

Интервью опубликовано в журнале “Вертикальный мир”, № 125, весна 2016